Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

фава 9

Путем невзаимной переписки

Полагаю, читатели-израильтяне в курсе, что какое-то время назад группа солдат бригады "цанханим" отвернулась по религиозным соображениям от девушки-инструктора, демонстрировавшей им технику прыжка с парашютом. У девушки оказались влиятельные родители (в частности, отец-генерал), и был раздут немалый скандал в прессе с участием всевозможного люда, включая высокие армейские чины.

Можно иметь различные мнения по этому поводу, но нет смысла в глупых мнениях. Не все религиозные отвернутся от той военнослужащей или откажутся слушать женское пение, но таких очень и очень много. И это факт жизни. Игнорировать его бессмысленно. Общество должно определиться, хочет ли оно загнать нежелающих служить веруюших в армию или вытолкать их нее тех из них, кто как раз мотивирован служить. Иначе это слишком напоминает отношение к евреям (а если вдуматься, то и не только к евреям) в почившем совке - давить и не пущать. Я подозреваю, что некая очень крикливая и влиятельная часть общества просто не озвучивает открыто свою истинную цель. Но да ладно, речь не об этом.

Итак, есть мнения. И вот пару дней назад некая газетная дама опубликовала на одном из крупнейших новостных сайтов свое. И все бы ничего, если б меня не зацепило, что уже в заголовке оно позволила себе оскорбить огромную группу религиозных евреев, да так, что я не сумел пройти мимо и написал ей симметричный ответ (впервые в своей жизни откомментировав газетную заметку). Дело ведь тут уже не в мнении, а стиле ведения дискуссии.
Collapse )

This entry was originally posted at https://giglo-fava.dreamwidth.org/723300.html. Please comment there using OpenID.
Джильо

Рози Армен - Вен вен вен

Ну вот, в ЮТюбе появилась еще одна любимая песня из моего раннего детства. Детства настолько раннего, что эту маленькую пластиночку ставил слушать даже и не я. Ее слушали взрослые. Но я ведь тоже не глухой.
В последующие годы я ее больше не слышал; что стало с пластинкой, не имею ни малейшего понятия. Но песня эта регулярно всплывала в моей памяти. И вот, наконец-то.
А вот чего я не помнил, это того, что она такая короткая. Но до чего ж красивая, заводная и расчудесно исполняемая!
Collapse )

This entry was originally posted at http://giglo-fava.dreamwidth.org/592545.html. Please comment there using OpenID.
сказочник в библиотеке

С возвращением, Иван Васильевич Чонкин!

Первые две книги про Чонкина я прочел где-то в конце 70-х, и - что вам сказать... книга эта стала для меня знаковой, моей личной классикой, если можно так выразиться.
Только а 2007 г. Войнович написал третью часть. И наконец-то у меня дошли до нее руки. Читаю. И такая эта вещь своя, родная...
(Владимир Войнович
Перемещенное лицо
Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина
http://www.loveread.ec/view_global.php?id=2115)
Вот вам для примера два фрагмента из начала книги:

1.

Одним из прилежных читателей «Фёлькишер беобахтер» был военный комендант города Долгова оберштурмфюрер СС господин Хорст Шлегель. Сейчас он сидел в своем кабинете, бывшем кабинете бывшего секретаря райкома ВКП(б), героически погибшего Андрея Ревкина. В кабинете с переменой властей ничего принципиально не изменилось: тот же двутумбный, покрытый зеленым сукном канцелярский стол хозяина, тот же длинный стол, приставленный к главному буквой «Т», для заседаний бюро райкома, а теперь неизвестно для чего. Перемена коснулась только портретов. Раньше за спиной секретаря висели портреты Ленина и Сталина, а теперь за спиной коменданта – портрет Гитлера. А от Ленина и Сталина остались два невыгоревших пятна.

В описываемый момент комендант был занят тем, что, насвистывая известную немецкую песню «Ich weiss nicht was soll es bedeuten» на слова еврейского поэта Гейне, собирал посылку жене Сабине из города Ингольштадт. Таким образом он решил, наконец, ответить на ее многократные и нелепые просьбы прислать ей шелковые чулки, кружевные панталоны и французские духи, потому что ей якобы совершенно не в чем ходить в церковь или в театр. Он ей в ответ первый раз написал, что в церковь и даже в театр не обязательно ходить в кружевном белье, он очень надеется, что никто ей под юбку не заглядывает ни в театре, ни даже на исповеди, а если кто-то где-то и заглядывает, то он ничем этому способствовать не только не хочет, но и не может, потому что здесь того, что она просит, просто нет. Сабина замечание насчет возможных подглядывателей под ее юбку пропустила мимо ушей, но выразила недоумение: неужели там, где он служит, нет женщин, а если есть, то в чем же они посещают церкви и театры? В пример Хорсту она привела их бывшего соседа мыловара Йохана Целлера, который своей Бербель регулярно присылает и нижнее белье, и верхнюю одежду, и косметику. «Mein Shatz (сокровище мое), – отвечал ей язвительно Шлегель, – насколько мне известно, мой друг Йохан служит в Париже, а я в данный момент нахожусь в маленьком российском городе, который ты даже не найдешь на карте. Поверь мне, между этим городом и Парижем есть очень большая разница, и ассортимент здешних товаров не совсем совпадает с тем, что можно найти во французских бутиках».

Поскольку она объяснения его игнорировала и те же просьбы повторяла в каждом письме, он решил ее проучить, и по совету своей помощницы фрау Каталины фон Хайс собрал-таки посылку, в которую вложил то, что носили здешние женщины: трикотажные рейтузы с резинками под коленями, шерстяные носки, ватные штаны, ватную телогрейку, объяснил письменно, что это типичный гардероб здешних дам, и ко всему приложил флакон тройного одеколона. Collapse )

This entry was originally posted at http://giglo-fava.dreamwidth.org/564743.html. Please comment there using OpenID.
Fava1

Офицер, мистер Двенадцать Ноль-Ноль...

הרחמן הוא יקים לנו את סכת דוד הנופלת

Журнал "22", №140 (2006)
Анита Такер
"ОТКРОЙ ГЛАЗА МОИ..."
(Целиком http://www.club.sunround.com/22/140_taker.htm)

"...Мы приехали в Беэр-Шеву и прожили там семь лет. Через какое-то время после рождения третьего ребенка мы вспомнили свой пройденный путь, алию в Израиль, и задумались: какие же трудности нужно будет преодолевать нашим детям? Мы уверены, что характер человека создается только в процессе преодоления трудностей. Приняв решение переехать в какое-то из поселений, мы запросили министерство сельского хозяйства о развивающихся районах. Нам посоветовали Газу - всего в сорока минутах езды от Беэр-Шевы, и мы поехали посмотреть эту местность. Сплошные песчаные дюны. Мне расхотелось оставлять Беэр-Шэву, однако наши дети бегали по дюнам в таком восторге, что это определило наше решение.

Итак, 29 лет назад, в 1976 году, мы переехали жить в песчаные дюны Газы, в область, называемую Гуш-Катиф. Из-за одной песчаной дюны к нам пришел мухтар, староста арабской деревни Дир эль-Балак, из-за другой дюны к нам пришел мухтар арабской деревни Хан-Юнес. Оба пришли с хлебом и солью, чтобы, по мусульманской традиции, приветствовать нас. "Добро пожаловать, - говорили они, - как хорошо, что вы приехали, здесь никто не хотел селиться из-за египтян".

Мухтар Дир эль-Балака посмотрел на песчаные дюны и говорит нам: "Вы что же, действительно хотите здесь что-то растить? Разве вы не знаете, что здесь ничего не растет? Наша традиция говорит, что это проклятая земля". Я говорю ему: "Мы не слышали этого, и наше министерство земледелия тоже не слышало, поэтому они и послали нас сюда выращивать фрукты и овощи". Мухтар говорит, что, согласно их традиции, последними людьми, которым удалось здесь что-то вырастить, были Авраам и Ицхак. Так, от арабов, мы впервые узнали о связи этой земли с еврейской историей. Позже мы прочитали, что Йешуа бин-Нун также жил в этой области, и Йонатан Маккаби жил здесь, и что здесь была большая йешива, упоминаемая в Талмуде.
...

В нашем доме мы протестовали. Мы пригласили к себе детей и внуков, даже тех, кто не жил в Гуш-Катифе. Мы жили вместе полтора месяца, как большая счастливая семья, даже не думавшая о том, чтобы куда-то выезжать. Таков был наш план, мы хотели, чтобы солдаты пришли в наш счастливый дом, и, может быть, поняли бы, как безнравственно этот дом разрушать. О, Г-споди, разве ты не видишь, как мы любим Землю Израиля, каждый ее клочок, который Ты дал нам во владение! Мы ничего не вывозили из дома, хотя и понимали, что всё будет разрушено. Мы накрыли большой субботний стол, накрыли лучшей скатертью, моя дочка приготовила завтрак. И вот мы увидели приближающихся солдат, их было пятнадцать человек, и они выстроились в пять рядов по три солдата в каждом. План выселителей был таков: если первые три солдата не смогут выдержать это зрелище, то на смену им придет следующая тройка, и так далее. Моя старшая дочь, Мия, открыла дверь и буквально силой затащила троих солдат вовнутрь. Они были настолько поражены, что не знали, как себя вести. Мы усадили их всех за наш стол, вместе с нашими детьми и внуками, с моим мужем во главе стола. Я рассказала солдатам нашу историю, как мы совершили алию, как приехали в Гуш-Катиф, как начинали строить и работать на земле, как основывали поселение Нецер-Хазани. Я сказала им: "Разве вы не понимаете, как ужасно выгонять нас из домов! Мои дети родились здесь, мои внуки родились здесь. Мои правнуки тоже должны родиться здесь, это ведь так естественно! Разве вы не понимаете, что уступки террористам только подстегивают террор?!" Говорила я, говорил мой муж, говорили мои дети. Каждый раз, когда возникала пауза, один из сидевших за столом, офицер, смотрел на часы и говорил: "Госпожа Такер, в двенадцать ноль-ноль вы должны будете навсегда покинуть этот дом".
Collapse )
Fava1

Опять Довлатов - хочется без конца цитировать

Солдаты на Невском

...
Стоял ефрейтор Гаенко в шеренге последним. Он и только он на вечерней поверке, делая шаг вперед, задорным голосом восклицал:

- Расчет окончен!

Друг его, ефрейтор Рябов, как это нередко случается, был противоположностью Гаенко. Высокий, медлительный и сильный, он жутко терялся от крика, а всех людей со звездами на погонах спокойно, искренне боготворил.

Любовные истории, которые Гаенко рассказывал после отбоя, волновали ефрейтора Рябова, открывая перед ним, уроженцем глухой Боровлянки, таинственный мир с красивыми вдовами, ночными поездками в такси, умелыми драками, загадочными нежными словами: декольте, будуар, гонорея...
...

У Рябова было суровое детство, но Васька так и остался покладистым человеком. Отец его, мрачный боровлянский конюх, наказывал Ваську своеобразно. Подвешивал за ногу к ветке дерева...

В армии Рябову нравилось. Он гордился своим хлопчатобумажным тряпьем. Усердно козырял сержантам. И с натугой, однако без лености, преодолевал солдатское ученье.

Ефрейтор Гаенко вырос среди пермской шпаны, где и приобрел сомнительный жизненный опыт, истерическую смелость и витиеватый блатной оттенок в разговоре.

Наука давалась ему легко, с сержантами он был на ты, одежду свою без конца перешивал и любил смущать замполита каверзными вопросами:

- А отчего, к примеру, в той же сэшэа каждый чучмек автомобиль имеет, а у нас одни доценты, генералы и ханурики?

Рябову часто шли посылки, и ефрейтор охотно делился с другом, которому мать, нянечка детского сада, только писала, да и то изредка:

"Может, ты в армии станешь на человека похож. А то совсем не знаю, что и делать. Так и сказала майору в военном комате: или он будет человек, или держите его под замком. Боюсь я за тебя, Андрюша, повис ты надо мной, сынок, как домкратов меч..."

Начальство ценило в Рябове послушание, а Гаенко многое прощалось за ум и так называемую смекалку. Как-то раз Гаенко напился, уронил питьевой бачок и обозвал сержанта Куципака генералиссимусом. Его вызвали на комсомольское собрание дивизиона...

- Обещаю, - сказал, чуть не плача, ефрейтор, - обещаю, товарищи, больше не буду. Пить больше не буду!

Потом он сел и тихо добавил:

- И меньше тоже не буду. Collapse )